Юрий Долгополов: «Воронежские правоохранители
стали находить
управу
на захватчиков воды»

Юрий Долгополов: «Воронежские правоохранители  стали находить  управу  на захватчиков воды»

Начальник регионального отдела водных ресурсов рассказал,  почему  река не входит в свои берега дважды


 

Беседу с начальником  регионального отдела водных ресурсов Донского бассейнового управления Юрий ДОЛГОПОЛОВЫМ мы начали с простого вопроса на сезонную  тему:

- Юрий Викторович, в очередной раз мы не дождались  большой  воды. Может, пора распустить паводковые комиссии – пусть  люди занимаются  более насущным делом?

- Паводка в этом году большого мы и не ожидали. Вода постепенно уходила  в непромерзшую землю. Подъем воды  был выше прошлогоднего – до 3,5 метров, но  ниже среднего многолетнего. Никаких чрезвычайных ситуаций  не возникло. Затопило  два низководных моста, которые всегда затопляет, и жители  привычно к ситуации подготовились. МЧС , конечно, продемонстрировала свою готовность  прийти  на помощь, но она никому не потребовалась.

Однако я всегда говорю: не надо расслабляться раньше времени. В прошлом году в Воронеже когда уже закончился «снеговой» подъем воды,  пошел ливень. Пресыщенная влагой земля не приняла новых осадков – в результате  река Песчанка вышла из берегов и залила несколько домостроений. Все были  захвачены врасплох. Вода – это всегда сочетание блага и опасности. Обращаться с ней, даже если это крохотный ручей, надо уважительно.

И, конечно, «распускать паводковые комиссии» - нельзя. Даже в тихом Воронежском водохранилище  теоретически вода может на два метра – если  случится «подпор» снизу.  Такой  сценарий предусматривался при строительстве плотины.

- Года три подряд общественность  била тревогу по поводу ситуации с обрушением донского берега в Павловске. Сегодня кризис разрешился? 

- Катастрофы нет. Но левый берег реки разрушается, и обрыв вплотную приблизился  к жилью и промышленным постройкам. Проблема, напомню,  уходит корнями в 80-е и 90-е годы, когда вода из основного русла стала уходить в Басовскую протоку. «По просьбам трудящихся» был подготовлен проект, который предусматривал два направления работы: первое – строительство плотины, второе – укрепление берега. Но в 2006-м плотину построили, и деньги кончились.

Что произошло  после этого,  легко было предвидеть: берег здесь устроен как слоеный пирог -  слой  песка, слой глины - и это пирог по законам природы  начал быстро разрушаться. И снова  пошли «обращения  трудящихся» к президенту, и родились новые проекты спасения.

Сегодня, спустя 10 лет,  после  многочисленных корректировок,  вторая часть  проекта готова к реализации.  Она предусматривает  применения целого комплекса технологий на 1,5-километровой полосе и  потребует уже не 50, а 209 миллионов рублей. Деньги федеральный центр выделит только на условиях софинансирования из регионального бюджета, что в нынешней  ситуации  непросто.  И все ради того, чтобы спасти четыре дома, законность появления которых на этой круче вызывает большие сомнения.

- А сам берег разве спасать не надо?

- К идеям  «спасения» берегов, пляжей и тому подобных объектов надо подходить очень аккуратно. Это река, она миллионы лет делает свою работу,  перерабатывая берега, перемещая пляжи, косы, отмели, плесы. Мы затратим на укрепление берега сотни миллионов ,  но, скорее всего,  лишь замедлим  этот процесс на конкретном участке. Гораздо эффективнее  не руководить рекой, а прогнозировать ее поведение. Как правило, этого никто не пытается делать. Кто-то почему-то дал разрешение селиться в опасной зоне – с этого все и началось.

То же самое можно сказать  о «тихих» малых речушках вроде Усманки, пойму которых правдами и неправдами заселяют «любители природы». Раньше расстояние от первого дома в селе  Бабяково до речки Усманка составляло  полтора километра. Но приехали люди из других регионов и построились уже в километре от реки. А когда им залило подвалы и первые этажи, подобно павловчанам,  завалили письмами все инстанции:  помогите, ведь река федеральная!

- В  Воронежской области для нужд орошения была создана одна из самых больших в стране  систем  искусственных прудов  - чаще всего в прессе фигурирует цифра «около трех тысяч» В каком состоянии эти пруды сегодня?

- Пару лет назад  за регионом  официально числилось   2557 прудов. По результатам  инвентаризации 2014- 2015 годов цифра  значительно уменьшилась.  Сегодня искусственных водоемов в области - 1847, в том числе Воронежское и Нововоронежское водохранилища и 55 накопителей сточных вод. Многие мелкие пруды «вымерли» вместе с хутором, у которого стояли, вместе с хозяйством, которое за ним когда-то следило. Многие заилились и обмелели.  Когда-то в воронежские пруды  входило около миллиарда кубометров воды, теперь вряд ли наберется и половина былого объема. Тем не менее,  система остается самой большой в Центральном Черноземье. Она во многом определяет зарегулированность донских  стоков и, что очень важно, ею снова начали  активно пользоваться для  изначальных целей - для нужд орошения.  В прошлом году сельское хозяйство потребило 4,2 млн кубометров воды.

- Строятся ли под оросительную программу новые объекты – как в былые времена?

- Практически нет. Сегодня самое актуальное – ремонт и реконструкция тех  гидротехнических сооружений, которые таят потенциальную опасность ближним поселениям.  В последнее время в рамках целевой программы развития водохозяйственного комплекса страны мы ежегодно производим реконструкцию двух-трех прудов,

- Кризис не сказывается на программе?

- Она не такая уж  дорогая - несколько сотен тысяч  рублей на один объект, – но очень ответственная. Ремонтируя плотину, мы спасаем не только пруд, но возможно - чьи-то посевы,  строения, даже жизни.   Результаты прорыва плотин на прудах мы наблюдаем почти ежегодно, когда вдруг сталкиваемся с неожиданным замором рыбы на реках  или  с изменением цвета и запаха речной  воды.  Это значит, что где-то выше  по течению прорвало дамбу и потоком воды  принесло в реку навозные или торфяные отложения. Если таким же образом прорвется каскад из двух-трех прудов, может создаться угроза ближним поселениям. Сколько у нас прудов находится в аварийном состоянии, никто достоверно не знает. Инвентаризация идет постоянно, но постоянно меняется и ситуация.

-Участвует ли в программе частные  инвесторы? Ведь, судя по табличкам на берегах, у нас  почти все пруды – частные.  А сеть разрушается быстрее, чем восстанавливается  усилиями государства.

- Летом у пруда может объявиться и один, и несколько хозяев. А вот весной, когда надо  производить работы по укреплению дамбы, разного рода противопаводковые мероприятия, «хозяева» загадочным образом исчезают.

Все пруды  тем или иным образом гидрологически связаны с сетью  бассейновых объектов – ручьями, речушками, так или иначе несущими воду в Дон. Даже сухая балка с точки зрения гидрологии -  часть бассейновой сети.   Даже бывший  карьер в пойме Дона  заливается речной водой – и эта связь не разрешает его приватизировать. Могу назвать только один объект, который без проблем можно приватизировать. Это городское озеро в Воронеже на Минской. Искусственно вырыто и искусственно заполнено.

-  Тем не менее,  в прошлом году, как писала наша газета,  одни непуганые  олигархи пристроили к реке Воронеж частный канал в два километра, другие – приватизировали озеро Круглое. Как можно получить «зеленку» на озеро?

- Это в принципе  невозможно по действующему Водному Кодексу. Суд, думаю, разберется с этой дикой ситуацией. А «частный канал» река сама уничтожила. Это  стихия, к которой, повторюсь, нельзя подходить дилетантски.

Водное законодательство гласит, что  в 20-метровой береговой полосе  земли не приватизируются и земельные участки не формируются.  И никто не может препятствовать доступу граждан  к этой полосе. Но есть целые поселки, где заборы обязательно доходят до уреза воды. Граждане жалуются, что к владельцу особняка ходят представители самых разных  правоохранительных органов,  все делают предписания - одинаково бесполезные.

Но в прошлом году как эксперт отмечаю серьезные подвижки. Областная, природоохранная прокуратура  стали  доводить дело до положительных судебных решений.

 Кстати, отметил бы еще один положительный момент прошлого года:  снизились потери при транспортировке воды. Сколько бы ни высказывалось претензий  к реализации  программы «Чистая вода», она работает.

- А удастся  ли инициаторам очистить  Воронежское водохранилище? В этом году появились новые программы оздоровления  уникального водоема. 

–  Они  все имеют  существенный недостаток – дороговизну. У меня точка зрения простая: не надо революционных решений.  Как в Павловском проекте они могут привести к неожиданным последствиям.  Много и других печальных примеров. В  80-е годы чистить реки брались  все, кому не лень. В результате  на юге области  у нас появились речки со «спрямленными»  руслами,  которые  быстро  иссякли, потому что превратились в каналы. Если чистить водохранилище -  то аккуратно,  по естественному руслу, не допуская «спрямлений» и слишком больших заглублений. Самое действенное, что можно предпринять, сделают не земснаряды. Это сделают воронежцы, которые  будут переходить на замкнутые  циклы в производстве и  экологические технологии в быту.

Беседовал Александр Саубанов

 

20:35 14.04.2016

Комментарии

Все комментарии проходят через модерацию. Спасибо за понимание.
Если вы видете это поле, то ваш браузер не настроен корректно или произошла ошибка при загрузке страницы.
Элемент предотвращения нежелательных действий.
Элемент предотвращения нежелательных действий.