Бывший воронежский губернатор: «Заказчиков моего дела назову после судебного вердикта»

Бывший воронежский губернатор: «Заказчиков моего дела назову после судебного вердикта»

Владимир Кулаков – о том, зачем понадобилось его уголовное преследование


 

Интернет-газета «Время Воронежа» уже рассказывала, что Евгению Панину – новому адвокату экс-губернатора Владимира Кулакова - удалось добиться продления срока ознакомления с материалами уголовного дела до 31 октября. Некоторые наблюдатели смену Кулаковым защитника сочли способом затянуть дело, чтобы его рассмотрение в суде началось как можно позднее. 

Но тут к месту будет напомнить, что если бы экс-губернатор признал вину, ему бы ничего не угрожало: срок давности по вменяемой ему статье уже истек. Зачем же понадобилось менять защитника? На этот и другие вопросы нашего корреспондента ответил сам Владимир Кулаков.

- Для чего вам нужно было на последнем этапе следствия менять адвоката?

- Мой прежний адвокат прочитал 98 из 99 томов уголовного дела, и наступил решительный момент, когда защитник должен  себя проявлять. А он не проявил. Адвокат ведь по роду своей деятельности связан со всеми правоохранительными органами – с прокуратурой, судом, следствием. Портить отношения с этими структурами - дело довольно рискованное. Он предпочел не портить. Поэтому и встал вопрос о замене защитника. А от нового адвоката суд потребовал ознакомиться со ста томами дела за месяц! Полный абсурд!

- Вы всегда говорили о том, что ваше дело носит заказной характер. Нет  желания назвать имена заказчиков?

-  Желание есть, и очень сильное. Но сделаю это только после вынесения судебного вердикта.

- Дело длится уже пять лет. На ваш взгляд, оно закончится приговором?

- Это дело заводилось не для того, чтобы меня посадить.

- А зачем тогда?

- Чтобы исключить меня из любой политической жизни региона.

- Они добились своего?

- Разумеется. Разве кроме этого процесса что-нибудь слышно обо мне?

- А по этому делу, в принципе, можно посадить?

- Нет, конечно. Там нет ни одного грамма, даже намека на правду. Сфальсифицировано  все «от» и «до». И началось  оно не 4 октября 2011-го года, а гораздо раньше. Подняли старые материалы, которые касались не меня, а элиты  региональной власти в целом, и из них стали лепить дело. Подгоняли под определенную задачу. Не всегда удачно.

- На ваш взгляд, такая судьба ждет всех руководителей регионального уровня, когда они отходят от дел?

- При нынешней системе – возможно все. Любой экс-руководитель может оказаться на моем месте,  пока существуют ручные правоохранительные органы.

- А разве когда вы работали губернатором, правоохранительные органы были другими?

-Нет. Но, к сожалению, мне некогда было ими заниматься. Знакомясь с материалами своего дела, я наткнулся на закон об исполнении бюджета области за 2000-й год. Годовой бюджет региона составлял тогда 2,5 млрд рублей. А когда я уходил - почти 60 млрд. Поверьте, у меня было чем заняться и помимо правоохранительных органов. Хотя, наверное, мне стоило быть внимательнее к этой сфере.

- Что вы имеете в виду?

- Например, когда уходил со своего поста председатель облсуда  Борис Петин, решался вопрос, кого назначать вместо него. Назначение такого рода всегда согласовывалось с региональными руководителями, а Москва утверждает только после  такого согласования. Мне предложили две кандидатуры, а я никого из них не знал. Позвал Петина, спросил, кого он рекомендует? Порекомендовал Виталия Богомолова. Я обратился к своим бывшим коллегам из ФСБ – они тоже на сторону Богомолова встали. Говорят: справедливый,  компетентный… Сейчас где он, этот справедливый и компетентный? Вот вам и ситуация. Понимаете, ведь все очень субъективно.

- Чем вы занимаетесь последние пять лет, кроме чтения материалов своего уголовного дела?

- Ничем. Я, наверное, запросто уже могу работать адвокатом. К слову,  я доктор технических наук.Но из-за этого дела я лишен возможности работать. Приглашают в университет - преподавать. А я не могу: обвиняемый – не положено. В военный институт зовут – та же история.

- Что вам помогает в этой ситуации?

- Я недавно встречался с высокопоставленными военными чиновниками в Москве. Общались на философские темы. Я им говорю: мы с вами, мужики, уже не коллеги. Вы  где-то там, наверху, а я - в грязи. Любого из вас засунь в мою шкуру, я посмотрю, как вы будете себя вести... Это объяснить нельзя, только прожить.

- Многие отвернулись?

- Есть такие.  Но их немного. Те, кто сейчас во власти, да, отвернулись. Но они по-другому и не могут.  С другой стороны, сам виноват: таких людей подбирал.

- Не пожалели, что пошли во власть?

- Но ведь в губернаторы я не сам побежал впереди паровозного дыма. Я служил. Мне поставили задачу - я ее решил – вот и все.

- Эта система, которая сегодня вас судит, была выстроена ведь и не без вашего участия.

- К сожалению, вы правы. Это наша беда. Я тут на одном из судебных заседаний в перерыве общался с прокурором. Спрашиваю у него: у нас для чего существуют прокуратуры? Закон соблюдать, отвечает. А я прошел уже десятки судов по решению процедурных вопросов.  И ни разу  не видел, чтобы прокурор встал на сторону закона. Он однозначно становится на сторону следствия. А на самом деле любой прокурор должен защищать закон. Недавно я читал выступление одной московской судьи, которая учит своих судей: вы,когда принимаете постановления, хоть ошибки, которые в обвинительном заключении делает следствие, исправляйте.  Они же все бездумно дублируют, не вникая. И это страшно. У нас сегодня оправдательных приговоров  выносится меньше одного процента. И дальше еще меньше будет. А в карательном 1937 году судами выносилось не меньше 10% оправдательных приговоров!

- Если бы вы, с вашим теперешним опытом вернулись туда, на самую верхушку региональной власти, что бы сделали?

- Не знаю даже. У меня о возвращении и мыслей нет. То, что мне не дали доработать в Совете Федерации – это обидно…  Нынешний губернатор Алексей Гордеев твердо знал обо мне: я никому «не даю» и не «беру». Его просьба, когда он меня делегировал в Совет Федерации, была одна - чтобы я не возвращался из Москвы. Потому что информация ко мне все равно будет какая-то стекаться, хочу я этого или не хочу.

Помните, с чего началось мое дело? Со статьи, где было написано, что украден миллиард денег. Сейчас об этом ни слова. Деньги-то никуда не пропали. Они до копейки на месте.  И следователи это сами доказали.

Смысл моего дела, если образно, такой. Допустим, мы с вами добрые знакомые. Я богат, а вы не очень. Вам нужна машина, и я вам даю деньги: в долг, но без процентов. Вы покупаете машину и сбиваете человека. Судят не водителя, а того, кто дал деньги. Мол, если бы не давал, у вас бы не было машины. Вот такая логика следствия. Это фабула моего дела. Глав районов поломали и заставили написать вещи, нужные следствию. Многих было на чем ломать. Хотя не всех -  попались и стойкие, которые не подписали.

- У вас получается широкая биография,  вы испытали все – от взлетов до падений, увидели все стороны жизни.

- Да, наверное, для журналистов это очень привлекательная биография. Но мне очень жаль своего последнего куска жизни. Ведь мне 72 года, а пять лет – псу под хвост. Семья очень страдает.

- Но вы-то знаете, что, в конце концов, все закончится благополучно?

- Я-то знаю, но жену в этом не убедить. Для нее это  – пять лет муки. Она инженер по профессии и не понимает. Будь она гуманитарием, может быть,  и поняла.

Автор: Татьяна Журавлева

16:56 04.10.2016

Комментарии

Все комментарии проходят через модерацию. Спасибо за понимание.
Если вы видете это поле, то ваш браузер не настроен корректно или произошла ошибка при загрузке страницы.
Элемент предотвращения нежелательных действий.
Элемент предотвращения нежелательных действий.
Кулаков - не интересен. Всему свое время. Он уже не в обойме. Думаю, и его воспоминания - никому не нужны. Может быть, аналитикам? Но что от этого? Более злободневные вопросы - когда Удальцова выпустят на свободу, или - когда грохнут Ходорковского, или - когда я стану жить лучше? А уважаемого человека, не надо пытать. И самое главное, все его воспоминания и рецепты на будущее - это нуль. Никто их слушать не будет. Меня даже моя дочь не слушает. Всему свое время.
Очень хорошее интервью. Его надо всем руководителям распечатать и держать на рабочем столе.Чтоб видели: система уничтожит любого.
С 1990 годов в России насильно вводится Англо-саксонская система жизнеустройства общества. Малая влиятельная группа против воли населения разрушала страну Россию. Что вполне можно сравнить с гитлеровским нашествием. План Даллеса, признанный выдумкой - полностью выполнялся. И Кулаков - вольный или невольный участник этого процесса. и жалеть его никто не будет. Вполне возможно, что его использовали "в темную". А он все о себе любимом. Понимания этого процесса у нет не видно. И это элита Воронежа.