Бывший воронежский губернатор: «Заказчиков моего дела назову после судебного вердикта»

Бывший воронежский губернатор: «Заказчиков моего дела назову после судебного вердикта»

Владимир Кулаков – о том, зачем понадобилось его уголовное преследование


 

Интернет-газета «Время Воронежа» уже рассказывала, что Евгению Панину – новому адвокату экс-губернатора Владимира Кулакова - удалось добиться продления срока ознакомления с материалами уголовного дела до 31 октября. Некоторые наблюдатели смену Кулаковым защитника сочли способом затянуть дело, чтобы его рассмотрение в суде началось как можно позднее. 

Но тут к месту будет напомнить, что если бы экс-губернатор признал вину, ему бы ничего не угрожало: срок давности по вменяемой ему статье уже истек. Зачем же понадобилось менять защитника? На этот и другие вопросы нашего корреспондента ответил сам Владимир Кулаков.

- Для чего вам нужно было на последнем этапе следствия менять адвоката?

- Мой прежний адвокат прочитал 98 из 99 томов уголовного дела, и наступил решительный момент, когда защитник должен  себя проявлять. А он не проявил. Адвокат ведь по роду своей деятельности связан со всеми правоохранительными органами – с прокуратурой, судом, следствием. Портить отношения с этими структурами - дело довольно рискованное. Он предпочел не портить. Поэтому и встал вопрос о замене защитника. А от нового адвоката суд потребовал ознакомиться со ста томами дела за месяц! Полный абсурд!

- Вы всегда говорили о том, что ваше дело носит заказной характер. Нет  желания назвать имена заказчиков?

-  Желание есть, и очень сильное. Но сделаю это только после вынесения судебного вердикта.

- Дело длится уже пять лет. На ваш взгляд, оно закончится приговором?

- Это дело заводилось не для того, чтобы меня посадить.

- А зачем тогда?

- Чтобы исключить меня из любой политической жизни региона.

- Они добились своего?

- Разумеется. Разве кроме этого процесса что-нибудь слышно обо мне?

- А по этому делу, в принципе, можно посадить?

- Нет, конечно. Там нет ни одного грамма, даже намека на правду. Сфальсифицировано  все «от» и «до». И началось  оно не 4 октября 2011-го года, а гораздо раньше. Подняли старые материалы, которые касались не меня, а элиты  региональной власти в целом, и из них стали лепить дело. Подгоняли под определенную задачу. Не всегда удачно.

- На ваш взгляд, такая судьба ждет всех руководителей регионального уровня, когда они отходят от дел?

- При нынешней системе – возможно все. Любой экс-руководитель может оказаться на моем месте,  пока существуют ручные правоохранительные органы.

- А разве когда вы работали губернатором, правоохранительные органы были другими?

-Нет. Но, к сожалению, мне некогда было ими заниматься. Знакомясь с материалами своего дела, я наткнулся на закон об исполнении бюджета области за 2000-й год. Годовой бюджет региона составлял тогда 2,5 млрд рублей. А когда я уходил - почти 60 млрд. Поверьте, у меня было чем заняться и помимо правоохранительных органов. Хотя, наверное, мне стоило быть внимательнее к этой сфере.

- Что вы имеете в виду?

- Например, когда уходил со своего поста председатель облсуда  Борис Петин, решался вопрос, кого назначать вместо него. Назначение такого рода всегда согласовывалось с региональными руководителями, а Москва утверждает только после  такого согласования. Мне предложили две кандидатуры, а я никого из них не знал. Позвал Петина, спросил, кого он рекомендует? Порекомендовал Виталия Богомолова. Я обратился к своим бывшим коллегам из ФСБ – они тоже на сторону Богомолова встали. Говорят: справедливый,  компетентный… Сейчас где он, этот справедливый и компетентный? Вот вам и ситуация. Понимаете, ведь все очень субъективно.

- Чем вы занимаетесь последние пять лет, кроме чтения материалов своего уголовного дела?

- Ничем. Я, наверное, запросто уже могу работать адвокатом. К слову,  я доктор технических наук.Но из-за этого дела я лишен возможности работать. Приглашают в университет - преподавать. А я не могу: обвиняемый – не положено. В военный институт зовут – та же история.

- Что вам помогает в этой ситуации?

- Я недавно встречался с высокопоставленными военными чиновниками в Москве. Общались на философские темы. Я им говорю: мы с вами, мужики, уже не коллеги. Вы  где-то там, наверху, а я - в грязи. Любого из вас засунь в мою шкуру, я посмотрю, как вы будете себя вести... Это объяснить нельзя, только прожить.

- Многие отвернулись?

- Есть такие.  Но их немного. Те, кто сейчас во власти, да, отвернулись. Но они по-другому и не могут.  С другой стороны, сам виноват: таких людей подбирал.

- Не пожалели, что пошли во власть?

- Но ведь в губернаторы я не сам побежал впереди паровозного дыма. Я служил. Мне поставили задачу - я ее решил – вот и все.

- Эта система, которая сегодня вас судит, была выстроена ведь и не без вашего участия.

- К сожалению, вы правы. Это наша беда. Я тут на одном из судебных заседаний в перерыве общался с прокурором. Спрашиваю у него: у нас для чего существуют прокуратуры? Закон соблюдать, отвечает. А я прошел уже десятки судов по решению процедурных вопросов.  И ни разу  не видел, чтобы прокурор встал на сторону закона. Он однозначно становится на сторону следствия. А на самом деле любой прокурор должен защищать закон. Недавно я читал выступление одной московской судьи, которая учит своих судей: вы,когда принимаете постановления, хоть ошибки, которые в обвинительном заключении делает следствие, исправляйте.  Они же все бездумно дублируют, не вникая. И это страшно. У нас сегодня оправдательных приговоров  выносится меньше одного процента. И дальше еще меньше будет. А в карательном 1937 году судами выносилось не меньше 10% оправдательных приговоров!

- Если бы вы, с вашим теперешним опытом вернулись туда, на самую верхушку региональной власти, что бы сделали?

- Не знаю даже. У меня о возвращении и мыслей нет. То, что мне не дали доработать в Совете Федерации – это обидно…  Нынешний губернатор Алексей Гордеев твердо знал обо мне: я никому «не даю» и не «беру». Его просьба, когда он меня делегировал в Совет Федерации, была одна - чтобы я не возвращался из Москвы. Потому что информация ко мне все равно будет какая-то стекаться, хочу я этого или не хочу.

Помните, с чего началось мое дело? Со статьи, где было написано, что украден миллиард денег. Сейчас об этом ни слова. Деньги-то никуда не пропали. Они до копейки на месте.  И следователи это сами доказали.

Смысл моего дела, если образно, такой. Допустим, мы с вами добрые знакомые. Я богат, а вы не очень. Вам нужна машина, и я вам даю деньги: в долг, но без процентов. Вы покупаете машину и сбиваете человека. Судят не водителя, а того, кто дал деньги. Мол, если бы не давал, у вас бы не было машины. Вот такая логика следствия. Это фабула моего дела. Глав районов поломали и заставили написать вещи, нужные следствию. Многих было на чем ломать. Хотя не всех -  попались и стойкие, которые не подписали.

- У вас получается широкая биография,  вы испытали все – от взлетов до падений, увидели все стороны жизни.

- Да, наверное, для журналистов это очень привлекательная биография. Но мне очень жаль своего последнего куска жизни. Ведь мне 72 года, а пять лет – псу под хвост. Семья очень страдает.

- Но вы-то знаете, что, в конце концов, все закончится благополучно?

- Я-то знаю, но жену в этом не убедить. Для нее это  – пять лет муки. Она инженер по профессии и не понимает. Будь она гуманитарием, может быть,  и поняла.

Автор: Татьяна Журавлева

16:56 04.10.2016

Комментарии

Все комментарии проходят через модерацию. Спасибо за понимание.
Кулаков - не интересен. Всему свое время. Он уже не в обойме. Думаю, и его воспоминания - никому не нужны. Может быть, аналитикам? Но что от этого? Более злободневные вопросы - когда Удальцова выпустят на свободу, или - когда грохнут Ходорковского, или - когда я стану жить лучше? А уважаемого человека, не надо пытать. И самое главное, все его воспоминания и рецепты на будущее - это нуль. Никто их слушать не будет. Меня даже моя дочь не слушает. Всему свое время.
Очень хорошее интервью. Его надо всем руководителям распечатать и держать на рабочем столе.Чтоб видели: система уничтожит любого.
С 1990 годов в России насильно вводится Англо-саксонская система жизнеустройства общества. Малая влиятельная группа против воли населения разрушала страну Россию. Что вполне можно сравнить с гитлеровским нашествием. План Даллеса, признанный выдумкой - полностью выполнялся. И Кулаков - вольный или невольный участник этого процесса. и жалеть его никто не будет. Вполне возможно, что его использовали "в темную". А он все о себе любимом. Понимания этого процесса у нет не видно. И это элита Воронежа.