Умер Никита Алексеевич Струве

Умер Никита Алексеевич Струве

Его последний дар предназначался воронежскому музею,  а последнее интервью - воронежскому журналисту


 

Очень печальная и неожиданная для нас  новость: в парижском предместье  на 86-м году жизни умер издатель, литературовед, публицист  и переводчик Никита Струве. Внук знаменитого  политического деятеля, философа, экономиста Петра Струве, покинувшего Россию после революции 1917 года. 

Особая нотка драматизма в этом событии есть  для нас, воронежцев, - потому  что Никита Струве был последним человеком, входившего в близкое  окружение  нашего великого  земляка Ивана Бунина.  

Никита Струве – возможно, самый русский человек из тех, в ком не текла русская кровь.  Первых представителей его рода  привели в Россию 300 лет  назад революционные события  во Франции, а нынешних- вернули в Европу революционные  события в России.

И тот, и другой момент эмиграции были   плодотворным для  российской науки и культуры.  Давний предок Вильгельм Струве  основал первую в России обсерваторию, а Никита Струве  возглавил крупнейшее  русскоязычное издательство в Европе, стал профессором-русистом и переводчиком русских классиков.

Сколько б лет не было обозначено в его метриках,  печальная новость, повторимся,  оказалась неожиданной для нас. Потому что  лишь несколькими неделями  ранее мы  беседовали с Никитой Алексеевичем по телефону. Брали чуть запоздалое  интервью по поводу 85-летия.

И, как выяснилось, это было последнее интервью:  http://vrntimes.ru/articles/intervyu/nikita-struve-sozdavaya-muzey-bunin...

Никита Алексеевич во время разговора много шутил, подтрунивал над своим возрастом. Сетовал, что из  своих многочисленных обязанностей  вынужден теперь сосредоточиться на двух – работе  редактором разноязычных версий  журналов «Вестник русского христианского движения» - и руководителем издательства ИМКА-пресс.

А незадолго до этого интервью Струве передал в дар будущему бунинскому  музею в Воронеже воронежскому  книги и автографы Бунина – и обещал передать еще, как только немного разберется с архивами.

Можно также вспомнить, что в  библиотеках  Воронежа и Борисоглебска стоят на полке  подаренные им 20 лет назад книги.  

Невысокого роста, профессорского вида, худощавый подвижный  улыбчивый- таким запомнил его Воронеж в середине 90-х. А он запомнил Дивногорье и "улицу Мандельштама" - как самые яркие  впечатления своей тогдашней поездки по  десяткам регионам страны. Трудно было поверить, что русский язык для него – неродной. Он сел учить русский в 10 лет, а в 13 уже общался на этом языке с Иваном Буниным – и это общение продолжалось 10 лет!

- Никогда не думал, что доживу до 85 … Да тогда и не доживали, - весело сказал Струве в завершение нашего разговора.

Он говорил «тогда» - четко ассоциируя себя  со временами Бунина, Шмелева, Цветаевой Бердяева…

И он, прожив несколько эпох, соединил нас  с ними живой нитью. Ценность великая, невероятная, и она, увы, исчезла вместе с ним. Тысячи томов уже не заменят живого слова воспоминания.

Такая вот светлая личность, такой исторический человек. 

Редакция интернет-газеты "Время Воронежа"

10:39 10.05.2016

Комментарии

Все комментарии проходят через модерацию. Спасибо за понимание.
Если вы видете это поле, то ваш браузер не настроен корректно или произошла ошибка при загрузке страницы.
Элемент предотвращения нежелательных действий.
Элемент предотвращения нежелательных действий.