В Воронеже кто-то пытается «закопать» поисковое объединение «Дон»

В Воронеже кто-то пытается «закопать» поисковое объединение «Дон»

Поисковиков обвинили в «полевых пьянках» и внесли в черный список поставщиков


 

Управление ФАС по Воронежской области  внесло поисковое объединение «Дон» в реестр недобросовестных поставщиков. Инициатором такого решения выступил областной краеведческий музей. Он тказался принимать  работы сезона-2016, выполненные  старейшим и крупнейшим во всем Черноземье объединением.

Информационная артподготовка

Это маленькое сообщение  даже не попало в новостную ленту управления УФАС. Но  сообщество  поисковиков,  краеведов,  и причастных к теме   чиновников  оно  обеспокоило.

Случай беспрецедентный.  Такого  инцидента  по поводу поисковых работ не случалось даже во времена разгула черных копателей. Тем более, кошка пробежала между двумя давними партнерами,  у которых за восемь лет сотрудничества деловые ритуалы были отработаны до мелочей.

Еще не было решения УФАС, когда на малоизвестном ресурсе «Ворон-ньюс» появилась заметка, которую иначе, чем доносом, не назовешь. Без подписи, без ссылок на источник информации, порой сбиваясь то на стиль советского фельетона, то на слог классической анонимки, «доброжелатель» писал: «Михаил Сегодин, руководящий ВРОО ИППО «Дон», получил в прошлом году от Воронежского областного краеведческого музея 600 тысяч рублей на проведение мероприятий, связанных с поиском неучтённых захоронений и эксгумации останков жертв политических репрессий...

Как выяснилось, команда, которая была привлечена к работе, уделяла, мягко говоря, не самое первостепенное внимание непосредственно поиску захоронений и эксгумации останков. Зато, по свидетельствам очевидцев, куда более пристальное внимание уделялось возможности устроить вместо поисковых работ попойку. «Дон» не осуществлял в надлежащем порядке согласование проведения поисковых работ с компетентными органами. Отсутствие такого согласования в конечном итоге приводило к тому, что представители общественной организации фактически бесконтрольно распоряжались обнаруженными в ходе работ элементами…»

Ну и так далее. Под статьей -  дюжина злых комментариев в адрес «распильщиков»  государственных средств, явно вышедших из-под руки одного и того же человека.  Под другими заметками комментариев нет вообще.

Ошибочка вышла

Однако дешевая заказуха сделала свое дело. Ее перепечатали несколько интернет-изданий, в том числе такое крупное и серьезное, как портал «Военное обозрение».

Но буквально через пару дней «Обозрение» сняло с ленты и  дезавуировало  публикацию.

«Да, порой случаются такие ситуации, подобные той, в которой оказалось «Военное обозрение». 10 марта в новостном блоке был размещен материал, который не соответствовал действительности. От лица редакции «Военного обозрения» я приношу извинения в адрес всего ВРОО ИППО «Дон» (Воронежская область) и лично руководителю отряда Михаилу Сегодину. Мы искренне сожалеем о случившемся», - признал  редактор отдела Роман Скоморохов и обещал провести "настоящее  расследование причин конфликта".

Нечасто журналисты  приносят такое искреннее  принародное покаяние.  Но могли ли они бодумать, что их собратья по перу начнут заметку с такого явного вранья: 600 000 рублей, о которых шла речь в статье-анонимке, никто «Дону» не давал. Государство давно не оплачивает контрактные работ авансом.

- Разумеется, мы этих денег не получали, - пожимает плечами Михаил Сегодин. – Наоборот, вложили свои 60 тысяч – традиционный  10- процентный залог  от стоимости контракта.

Более того, поисковики понесли расходы  - на  транспорт,  питание бойцов, материалы  и т.п. По  объяснению Михаила Сегодина, поисковики выполнили все работы по контракту (точнее, по двум контрактам) и нашли останки 106 жертв политических репрессий и 37 бойцов Красной армии.  Останки жертв репрессий  уже перезахоронены  в мемориальном комплексе «Дубовка». Бойцов перезахоронит военкомат. Отчеты об итогах работ отправлены в музей.

- В свою очередь, музей комиссионно в течение 10 дней должен рассмотреть отчет и указать на наши недочеты, а мы должны их исправить, -  поясняет Сегодин. - Если мы не реагируем на требования комиссии, то должны появиться  быть еще два решения этой же комиссии. И мы их тоже должны получить. Но в нашем случае все три документа пришли ко мне в одном конверте, вместе с уведомлением о расторжении договора.  Мне не дали ни малейшего шанса доказать свою точку зрения или оправдаться.

А эксперты кто?

Экспертное заключение о дурно выполненных работах  дала общественная организация «Научно-поисковый православный центр «Щит и меч» из Краснодара (хотя это неправильно в принципе – когда   одно ВРОО судит другое ВРОО). Представители краснодарцев в Воронеже, правда, не появились,  а заключение, подписанное  кандидатом  философских наук А.В. Корецким,  слово в слово повторило  уже сформулированные претензии Краеведческого музея.

Руководство   музея по телефону с прессой общаться не захотело – только по электронке.  Интернет-газета «Время Воронежа»  отправила музейщикам несколько вопросов  по электронной  почте, но когда  придут ответы и придут ли они вообще -  большой вопрос.

Как нам рассказали в УФАС, из большого списка претензий, высказанных  заказчиком,  поводом для внесения  в «черный список» (а это означает  лишение  права участвовать в  госзакупках на два года) после рассмотрения  антимонопольщиками осталось два. Во-первых, исполнитель не уведомил  о проводимых работах органы МВД,  во-вторых,  отчетные снимки  не соответствуют  времени  года: по договору работы проводились  в ноябре, а на фото пейзаж больше похож на летний.

Кстати, тоже интересный вопрос:  почему  музей оплачивает  экспертизу  фотографий  и бумаг,  вместо того, чтобы хоть раз послать в поле  своего представителя и посмотреть на месте: там зима или лето. Впрочем, представители  музея, властей, МВД , военкомата были  в октябре на захоронении - и оно  состоялось до  формальной приемки работ. Но ни у кого не возникло вопросов  по поводу временного смещения– как не возникало и год, и  два, и восемь лет назад.

Назад, в будущее

Скорее всего, формальные «косяки»  в   деятельности «Дона» действительно есть.  Сама тема  такого госзаказа очень условна: ведь людей подряжают на то, чтобы найти  в установленный срок  «две ямы» и «произвести эксгумацию останков» – то есть того, что еще не найдено.

А если не найдут?  А если их нет в предполагаемом месте? Госзакупки не знают слова «если». «Если» - значит, исполнители будут виноваты в срыве заказа  и лишатся залога.

Во всех отраслях, где работает госзаказ,  в связи с безбожно  затянувшимися конкурсами  летние работы  часто закрывают отчетами  постфактум. А в   прошлом ноябре уже  трещали  морозы.  Стоит ли  винить ребят, что они раскопки делали тогда, когда это было возможно в принципе.Люди, которые  почти 30 лет занимаются поисковой работой, знают лучше чиновников, когда и где копать, -  чтобы  чиновники успели принять участие в  очередной церемонии перезахоронения. 

И,  по большому счету,  несправедливо  лишать  поисковиков  компенсации за уже понесенные траты, да еще наказывать  изъятием залога и внесением в «черный список».

Монополисты поневоле

Да, «Дон» является  в  Воронежской  монополистом  на рынке подобных услуг, это единственная организация, официально уполномоченная  Министерством обороны  для  таких небезопасных работ.  Но  монополистом  ее сделало само государство, которое  после разгула черных копателей захотело иметь на рынке  прозрачную, контролируемую поисковую  организацию – и выбран был именно «Дон»,  имеющий сегодня   филиалы по всей области -10 отрядов, 240 бойцов в постоянном списке.

Это люди, которые давно и с увлеченно занимаются  поисковой  работой. Лиши их официального статуса – они не уйдут с полей,  скорее всего, просто станут черными копателями.

Тем не менее, статус монополиста всегда плодит  завистников.

Корреспондент интернет - газеты познакомился с Михаилом Сегодиным на круглом столе в региональном штабе Общероссийского народного фронта, когда обсуждались проблемы застройки Яблоневого сада и массивов по улице Шишкова.  Статус уполномоченной организации предполагает, что к ней должны обращаться все застройщики, планирующие работы  на участках, где могут располагаться воинские захоронения. И только после того, как по нему пройдут с лопатами поисковики, можно будет запускать экскаваторы.

Но это – по закону. Реально же  в Воронеже строят все кому не лень без всякого согласования и без дополнительных затрат.  Сколько костей было перемолото при застройке улицы Шишкова, не узнать уже никогда. Свидетели утверждают: даже не отдельные кости вывозились, а  целые братские могилы – по ночам, в неизвестном направлении. Да и фрагменты техники, бывало, отправлялись на свалку.

С такими застройщиками  поисковики скандалили, грозились судами - в общем, делали все, чтобы нажить врагов и в этой сфере.

Да, Роману Скоморохову из «Военного обозрения» будет нелегко докопаться до истинных причин этого тихого скандала. 

Автор: Александр Саубанов

19:23 15.03.2017

Комментарии

Все комментарии проходят через модерацию. Спасибо за понимание.
Не знаю всех проблем этого движения, но они у меня всегда вызывали уважение. Я четко знаю, война не закончена, пока не захоронены все погибшие воины. И если кто-то это делает - честь им и слава. А если есть признаки черных копателей - это не поисковики. Повторюсь - судить не могу.
Жадность фраера сгубила